навязчивость психология

Навязчивость психология

Навязчивости – это, согласно классическому определению германского психиатра Карла Вестфаля (1877), разнообразные душевные трудности (тягостные мысли, переживания, желания, действия, страхи), которые навязываются человеку в душу против его воли и при более или менее ясном понимании этим человеком их ненужности, безосновательности.

Говорю здесь о «более или менее ясном понимании» потому, что если испугается человек своих навязчивых мыслей, например о «страшной болезни», то в этой охваченности-захлестнутости испугом обычно трудно быть уверенным вообще в чем-то хорошем. Именно осознанным чувством-переживанием чуждости содержания своих навязчивостей (мыслей, желаний, страхов) – хотя и своих собственных по происхождению, из своей собственной души – навязчивости отличаются от душевных трудностей, расстройств иной природы: бреда, сверхценных идей, болезненных (тревожных) сомнений (о них расскажу в будущем).

Во всяком случае, успокоившись, человек отчетливо понимает неуместность, нелепость, неправильность (а то и скажет – «идиотизм») содержания своих навязчивостей, их чужеродность собственному мироощущению, образу мыслей: то есть переживающий навязчивости критичен к их безосновательному содержанию. Так, в случае навязчивого страха заражения с бесконечным мытьем рук человек убежден, что страх его нелогичен. Да, глупо мыть руки почти в кипятке, «до дыр», много раз мылить яблоко и много раз после этого ошпаривать его кипятком, но все же человек совершает все это какое-то большое количество раз, достаточное, чтобы смягчить внутреннюю душевную напряженность, лежащую в основе навязчивостей.

Вот мы и дошли до той «душевной напряженности» (тягостной или радостной), которая есть основа наших горестей и вдохновения, с которой начинаются любые, даже, кажется, сугубо мыслительные страдания и радости.

На какой же личностной почве вызревают навязчивости? Навязчивостей неистребимое множество-разнообразие, и у каждой формы навязчивости, конечно же, своя, предпочтительная личностная почва.

Самые частые в жизни из мучительных навязчивостей – это навязчивые страхи (фобии, от греч phobos – страх) и навязчивые желания-влечения с чувством принуждения к выполнению: с чувством, происходящим как бы не извне (будто кто-то принуждает), а изнутри самого страдающего навязчивостью. Эти «принудительные» навязчивости в мировой психиатрии принято называть обсессивно-компульсивными расстройствами (обсессия – от лат. obsessio – обложение, осада, блокада; компульсия – от лат. compulsio – принуждение).

Фобии – навязчивые страхи конкретного содержания, как бы набрасывающиеся, наплывающие на человека, пассивно навязывающиеся, охватывающие его лишь в определенной («фобической») обстановке и обычно сопровождающиеся бурными вегетативными дисфункциями (сердцебиение, затруднение дыхания, обильный пот и т. п.).

При агорафобии (греч. agoraphobia – страх площадей) навязчивый страх, что случится нечто ужасное (инсульт, инфаркт, вообще неизвестно что) и никто в эту же минуту не поможет, возникает у человека лишь там, где ему, действительно, трудно (или некому) помочь в ту же минуту (вдалеке от больницы, аптеки, врача, человека, который отнесет к врачу, и т. п.). Агорафобическое расстройство может случиться не только на безлюдной площади или в дикой степи, но и в пустой квартире, если там человеку с готовностью к страху не на кого опереться при мысли, что вдруг что-то страшное с ним произойдет.

Многие «канцерофобии» («страхи рака»), «сифилофобии», «спидофобии» и т. п. не есть в строгом смысле фобии, особенно если не обнаруживается отчетливо критическое понимание беспочвенности, неразумности этих страхов. Чаще это иные навязчивости, болезненные сомнения (опасения), сверхценные идеи, а то и бред.

К фобиям обычно предрасположены люди с красочно-образным, эмоциональным мышлением и в то же время с известной душевной инертностью, неуверенностью в себе, тревожностью, врожденной бурно-вегетативной неустойчивостью. Именно у них душевная напряженность (врожденно психопатическая или вызванная каким-то неразрешимым конфликтом и т. д.) содержательно конкретизируется как страх чего-то ярко-отчетливо представившегося ужасного. Например – «ах, лежу с остановившимся сердцем на площади и некому мне помочь, вызвать „скорую“, проводить в больницу, умираю». Благодаря тревожной инертности, эта красочная картина в воображении все повторяется-включается в конкретной фобической обстановке (открытые или замкнутые пространства и т. д.) вкупе с вегетативной бурей.

Если упомянутая выше «фобически-невротическая логика» болезненного расстройства размывается-распадается (например, при кл

Обсессии-компульсии – спонтанные навязчивые переживания-действия, в отличие от фобий, не требующие для своего возникновения какой-то определенной обстановки. Хотя, конечно, они и зависят от того, что видится и слышится человеку вокруг в мире. Так, навязчивое желание порезать кого-то ножом обостряется при виде ножа или даже только при упоминании о бритве или другом режущем предмете (например, в телевизионной рекламе). Навязчивое бесконечное мытье рук в страхе мнимого загрязнения-заражения. Навязчивый страх буквы «о» («круг замкнулся, смерть») при чтении книги, с сильным желанием все время ручкой затушевывать эту букву, чтобы не случилось плохого. Навязчивое стремление возле своего дома прикоснуться безымянным пальцем левой руки к носку правого ботинка (чтобы тоже «все было хорошо»). И т. д.

В психиатрии немецкого языка обсессии-компульсии часто называют «ананказмами» (греч. anancasmus – вынуждать, заставлять; Ананке – древнегреческая богиня судьбы-неизбежности). Однако обсессии-компульсии зловещего содержания (кому-то принести какой-то серьезный вред: например, ударить, порезать, выбросить ребенка из окна и т. п.) с одновременными страхами, тягостными нравственно-этическими переживаниями всегда, по контрасту, говорят о высоких нравственных качествах этого навязчивого мученика. Они никогда не претворяются в жизнь, в отличие от, например, навязчивого выдергивания своих волос.

К обсессиям-компульсиям (ананказмам) предрасположены люди мыслительно-аналитического склада с тревожно-мыслительной инертностью, чувственной яркостью, сомневающейся неуверенностью в себе, острым самолюбием и склонностью к скрупулезности-педантичности. Там, где при ярких обсессиях-компульсиях личностная почва совсем другая и обсессии-компульсии перемешиваются с фобиями, там скорее речь идет не о характерологических (психопатических), а о более тяжелых, депрессивных, ананказмах.

Сегодня есть от тяжелых навязчивостей довольно сильные лекарства (анафранил, прозак и другие), которые, однако, опасны без врачебного руководства лечением. Есть и основательные остроумные психотерапевтические приемы. Некоторые из них, благодаря психотерапевту, могут стать для фобика или ананкаста собственным надежным противонавязчивым оружием. Основные «механизмы» действия этих приемов – когнитивный (от cognito – познавание, ознакомление, лат.; то есть лечебное познание своих расстройств), активирующий (вселяющий действие) и условнорефлекторный (условнорефлекторное обучение). Это так называемая в мире когнитивно-поведенческая терапия. Не рассказываю подробнее о лекарствах и психотерапевтических приемах, поскольку обязательно профессионально-проникновенно знать, где, что и как следует тут применить, а то легко можно себе повредить.

Психотерапия навязчивостей вообще довольно сложна и для профессионалов. Так, у фобиков и ананкастов, склонных к сложно-символическому мышлению-чувствованию, не только сновидения, творческие произведения, но и фобии, обсессии-компульсии могут быть философически-символического, «иероглифического» содержания. Это обычно требует сложно-психоаналитического вмешательства для целебного осознания смысла своих навязчивостей. Кроме того, за «обычными» навязчивостями, бывает, нетрудно неспециалисту просмотреть и мучительную навязчивую депрессию, требующую особенной умелой помощи. Другое дело, когда под руководством психотерапевта-учителя пациент изучает не только основы, элементы клиники навязчивостей, депрессии (например, те элементы, что я наметил уже и в этой книге), но изучает и сам целительный процесс, дабы самопсихотерапевтически основательно в нем участвовать.

В заключение приведу из своей практики два примера навязчивых расстройств, с подобными которым надо, не мешкая, обратиться к психиатру, психотерапевту.

И., 23 лет, товаровед. Жалуется на навязчивое ощущение, «будто мозги воспалены, обнажены в области лба и висков, от того, что не впитывают информацию». Охвачена этими переживаниями, монотонно-подавлена; напряженно-тусклый взор. Шесть лет назад, когда еще училась в школе, в течение нескольких месяцев, без понятных внешних причин, мучилась страхом забеременеть. Понимала, что это невозможно без интимной близости, лишь от прикосновения руки мужчины к плечу через пальто и т. п., но болезненно мучилась, что забеременеет и таким образом. Подозревала, что уже беременна, вроде бы понимая отчетливо, что это невозможно. От чувства позора чуть не покончила тогда с собою. В те месяцы ей навязчиво все представлялся «почему-то стул» с навязчивой мыслью и страхом, что он как-то непонятно связан с ее страхом беременности, беременностью (1983 год).

Навязчивость психология

1) (обсессия) – мысль, часто приходящая в голову индивиду, постоянно вторгающаяся в его сознание, подчас неуместная и неполезная. См. Навязчивые мысли.

2) приставание, излишняя склонность к общению, когда партнер не желает этого.

У него было множество знакомых, которые поили его вином и чаем, сами не зная зачем, потому что он не только не был в обществе забавен, но даже, напротив, надоедал всем своей бессмысленной болтовней, несносной навязчивостью, лихорадочными телодвижениями и беспрестанным, неестественным хохотом (И. Тургенев, Певцы).

Энциклопедический словарь по психологии и педагогике . 2013 .

навязчивость — докучность, надоедливость, неотвязность, наянливость, назойливость, прилипчивость, неотвязчивость, безотвязность, экспансивность, привязчивость, неотступность, докучливость Словарь русских синонимов. навязчивость см. надоедливость … Словарь синонимов

НАВЯЗЧИВОСТЬ — НАВЯЗЧИВОСТЬ, навязчивости, мн. нет, жен. отвлеч. сущ. к навязчивый. Навязчивость характера. Навязчивость идеи. || Поведение навязчивого человека. Толковый словарь Ушакова. Д.Н. Ушаков. 1935 1940 … Толковый словарь Ушакова

навязчивость — характеристика явлений и процессов психических, означающая их неподконтрольность сознанию, их совершение вопреки желанию, нередко вопреки сдерживающим усилиям субъекта (согласно «Словарю русского языка» С.И. Ожегова, слово «навязчивый» означает,… … Большая психологическая энциклопедия

навязчивость — НАВЯЗЧИВЫЙ, ая, ое; ив. Толковый словарь Ожегова. С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. 1949 1992 … Толковый словарь Ожегова

Навязчивость — отрицательное нравственно этическое качество личности, проявляющееся как надоедливое, неотступное приставание к другому человеку со своими мыслями, болями, переживаниями, предложением услуг и помощи. При этом происходит как бы внедрение в… … Основы духовной культуры (энциклопедический словарь педагога)

навязчивость — НАВЯЗЧИВОСТЬ, и, ж Поведение человека, надоедливо пристающего к кому л. с чем л., докучливого, неотступного, надоедающего; Син.: назойливость, надоедливость. Изумительно! воскликнул непрошеный собеседник и, почему то воровски оглянувшись и… … Толковый словарь русских существительных

навязчивость — см. Навязчивое состояние … Большой медицинский словарь

Навязчивость — ж. 1. отвлеч. сущ. по прил. навязчивый 2. Поведение навязчивого человека; назойливость. Толковый словарь Ефремовой. Т. Ф. Ефремова. 2000 … Современный толковый словарь русского языка Ефремовой

навязчивость — навязчивость, навязчивости, навязчивости, навязчивостей, навязчивости, навязчивостям, навязчивость, навязчивости, навязчивостью, навязчивостями, навязчивости, навязчивостях (Источник: «Полная акцентуированная парадигма по А. А. Зализняку») … Формы слов

Навязчивость — См. Навязчивые состояния … Толковый словарь психиатрических терминов

навязчивость — нав язчивость, и … Русский орфографический словарь

Навязчивость психология

Навязчивости – это, согласно классическому определению германского психиатра Карла Вестфаля (1877), разнообразные душевные трудности (тягостные мысли, переживания, желания, действия, страхи), которые навязываются человеку в душу против его воли и при более или менее ясном понимании этим человеком их ненужности, безосновательности.

Говорю здесь о «более или менее ясном понимании» потому, что если испугается человек своих навязчивых мыслей, например о «страшной болезни», то в этой охваченности-захлестнутости испугом обычно трудно быть уверенным вообще в чем-то хорошем. Именно осознанным чувством-переживанием чуждости содержания своих навязчивостей (мыслей, желаний, страхов) – хотя и своих собственных по происхождению, из своей собственной души – навязчивости отличаются от душевных трудностей, расстройств иной природы: бреда, сверхценных идей, болезненных (тревожных) сомнений (о них расскажу в будущем).

Во всяком случае, успокоившись, человек отчетливо понимает неуместность, нелепость, неправильность (а то и скажет – «идиотизм») содержания своих навязчивостей, их чужеродность собственному мироощущению, образу мыслей: то есть переживающий навязчивости критичен к их безосновательному содержанию. Так, в случае навязчивого страха заражения с бесконечным мытьем рук человек убежден, что страх его нелогичен. Да, глупо мыть руки почти в кипятке, «до дыр», много раз мылить яблоко и много раз после этого ошпаривать его кипятком, но все же человек совершает все это какое-то большое количество раз, достаточное, чтобы смягчить внутреннюю душевную напряженность, лежащую в основе навязчивостей.

Вот мы и дошли до той «душевной напряженности» (тягостной или радостной), которая есть основа наших горестей и вдохновения, с которой начинаются любые, даже, кажется, сугубо мыслительные страдания и радости.

На какой же личностной почве вызревают навязчивости? Навязчивостей неистребимое множество-разнообразие, и у каждой формы навязчивости, конечно же, своя, предпочтительная личностная почва.

Самые частые в жизни из мучительных навязчивостей – это навязчивые страхи (фобии, от греч phobos – страх) и навязчивые желания-влечения с чувством принуждения к выполнению: с чувством, происходящим как бы не извне (будто кто-то принуждает), а изнутри самого страдающего навязчивостью. Эти «принудительные» навязчивости в мировой психиатрии принято называть обсессивно-компульсивными расстройствами (обсессия – от лат. obsessio – обложение, осада, блокада; компульсия – от лат. compulsio – принуждение).

Фобии – навязчивые страхи конкретного содержания, как бы набрасывающиеся, наплывающие на человека, пассивно навязывающиеся, охватывающие его лишь в определенной («фобической») обстановке и обычно сопровождающиеся бурными вегетативными дисфункциями (сердцебиение, затруднение дыхания, обильный пот и т. п.).

При агорафобии (греч. agoraphobia – страх площадей) навязчивый страх, что случится нечто ужасное (инсульт, инфаркт, вообще неизвестно что) и никто в эту же минуту не поможет, возникает у человека лишь там, где ему, действительно, трудно (или некому) помочь в ту же минуту (вдалеке от больницы, аптеки, врача, человека, который отнесет к врачу, и т. п.). Агорафобическое расстройство может случиться не только на безлюдной площади или в дикой степи, но и в пустой квартире, если там человеку с готовностью к страху не на кого опереться при мысли, что вдруг что-то страшное с ним произойдет.

Многие «канцерофобии» («страхи рака»), «сифилофобии», «спидофобии» и т. п. не есть в строгом смысле фобии, особенно если не обнаруживается отчетливо критическое понимание беспочвенности, неразумности этих страхов. Чаще это иные навязчивости, болезненные сомнения (опасения), сверхценные идеи, а то и бред.

К фобиям обычно предрасположены люди с красочно-образным, эмоциональным мышлением и в то же время с известной душевной инертностью, неуверенностью в себе, тревожностью, врожденной бурно-вегетативной неустойчивостью. Именно у них душевная напряженность (врожденно психопатическая или вызванная каким-то неразрешимым конфликтом и т. д.) содержательно конкретизируется как страх чего-то ярко-отчетливо представившегося ужасного. Например – «ах, лежу с остановившимся сердцем на площади и некому мне помочь, вызвать „скорую“, проводить в больницу, умираю». Благодаря тревожной инертности, эта красочная картина в воображении все повторяется-включается в конкретной фобической обстановке (открытые или замкнутые пространства и т. д.) вкупе с вегетативной бурей.

Если упомянутая выше «фобически-невротическая логика» болезненного расстройства размывается-распадается (например, при клаустрофобии пациенту страшно в поезде, но неожиданно легко-спокойно в самолете), речь, скорее, уже идет не о легкой, невротической, фобии, а о более тяжелой, депрессивной, фобии.

Обсессии-компульсии – спонтанные навязчивые переживания-действия, в отличие от фобий, не требующие для своего возникновения какой-то определенной обстановки. Хотя, конечно, они и зависят от того, что видится и слышится человеку вокруг в мире. Так, навязчивое желание порезать кого-то ножом обостряется при виде ножа или даже только при упоминании о бритве или другом режущем предмете (например, в телевизионной рекламе). Навязчивое бесконечное мытье рук в страхе мнимого загрязнения-заражения. Навязчивый страх буквы «о» («круг замкнулся, смерть») при чтении книги, с сильным желанием все время ручкой затушевывать эту букву, чтобы не случилось плохого. Навязчивое стремление возле своего дома прикоснуться безымянным пальцем левой руки к носку правого ботинка (чтобы тоже «все было хорошо»). И т. д.

В психиатрии немецкого языка обсессии-компульсии часто называют «ананказмами» (греч. anancasmus – вынуждать, заставлять; Ананке – древнегреческая богиня судьбы-неизбежности). Однако обсессии-компульсии зловещего содержания (кому-то принести какой-то серьезный вред: например, ударить, порезать, выбросить ребенка из окна и т. п. ) с одновременными страхами, тягостными нравственно-этическими переживаниями всегда, по контрасту, говорят о высоких нравственных качествах этого навязчивого мученика. Они никогда не претворяются в жизнь, в отличие от, например, навязчивого выдергивания своих волос.

К обсессиям-компульсиям (ананказмам) предрасположены люди мыслительно-аналитического склада с тревожно-мыслительной инертностью, чувственной яркостью, сомневающейся неуверенностью в себе, острым самолюбием и склонностью к скрупулезности-педантичности. Там, где при ярких обсессиях-компульсиях личностная почва совсем другая и обсессии-компульсии перемешиваются с фобиями, там скорее речь идет не о характерологических (психопатических), а о более тяжелых, депрессивных, ананказмах.

Сегодня есть от тяжелых навязчивостей довольно сильные лекарства (анафранил, прозак и другие), которые, однако, опасны без врачебного руководства лечением. Есть и основательные остроумные психотерапевтические приемы. Некоторые из них, благодаря психотерапевту, могут стать для фобика или ананкаста собственным надежным противонавязчивым оружием. Основные «механизмы» действия этих приемов – когнитивный (от cognito – познавание, ознакомление, лат.; то есть лечебное познание своих расстройств), активирующий (вселяющий действие) и условнорефлекторный (условнорефлекторное обучение). Это так называемая в мире когнитивно-поведенческая терапия. Не рассказываю подробнее о лекарствах и психотерапевтических приемах, поскольку обязательно профессионально-проникновенно знать, где, что и как следует тут применить, а то легко можно себе повредить.

Психотерапия навязчивостей вообще довольно сложна и для профессионалов. Так, у фобиков и ананкастов, склонных к сложно-символическому мышлению-чувствованию, не только сновидения, творческие произведения, но и фобии, обсессии-компульсии могут быть философически-символического, «иероглифического» содержания. Это обычно требует сложно-психоаналитического вмешательства для целебного осознания смысла своих навязчивостей. Кроме того, за «обычными» навязчивостями, бывает, нетрудно неспециалисту просмотреть и мучительную навязчивую депрессию, требующую особенной умелой помощи. Другое дело, когда под руководством психотерапевта-учителя пациент изучает не только основы, элементы клиники навязчивостей, депрессии (например, те элементы, что я наметил уже и в этой книге), но изучает и сам целительный процесс, дабы самопсихотерапевтически основательно в нем участвовать.

В заключение приведу из своей практики два примера навязчивых расстройств, с подобными которым надо, не мешкая, обратиться к психиатру, психотерапевту.

И., 23 лет, товаровед. Жалуется на навязчивое ощущение, «будто мозги воспалены, обнажены в области лба и висков, от того, что не впитывают информацию». Охвачена этими переживаниями, монотонно-подавлена; напряженно-тусклый взор. Шесть лет назад, когда еще училась в школе, в течение нескольких месяцев, без понятных внешних причин, мучилась страхом забеременеть. Понимала, что это невозможно без интимной близости, лишь от прикосновения руки мужчины к плечу через пальто и т. п. , но болезненно мучилась, что забеременеет и таким образом. Подозревала, что уже беременна, вроде бы понимая отчетливо, что это невозможно. От чувства позора чуть не покончила тогда с собою. В те месяцы ей навязчиво все представлялся «почему-то стул» с навязчивой мыслью и страхом, что он как-то непонятно связан с ее страхом беременности, беременностью (1983 год).

Нарушения поведения — помощь психолога

Поведение – это термин, указывающий на все наши внешние проявления. С одной стороны, они могут рассматриваться как поверхностные, многозначные, а с другой – всегда выражают наши глубинные переживания, отношение к окружению, нашу сущность. Говоря о нарушении поведения, психолог имеет в виду те его изменения или проявления, которые

• осложняют, искажают или препятствуют свободному выражению себя;

• сковывают, ухудшают наши отношения;

• наносят вред нашему душевному и/или физическому здоровью;

• негативно сказываются на трудоспособности, адаптации к требованиям окружающего мира;

• ухудшают качество жизни.

Многие из подобных нарушений тесно связаны с другими сферами нашей жизни (эмоциональной, волевой, межличностной и пр.), в психологии и психотерапии выделение их в отдельную группу имеет чисто практический смысл – упрощается распознавание серьезных затруднений в функционировании нашей психики.

• навязчивые действия (механически воспроизводимые действия, или комплексы действий, не поддающиеся сознательному контролю и ограничению);

• повышенная возбудимость, расторможенность, неуправляемость;

• конфликтность, неуживчивость, агрессивность;

• пагубные привычки (пристрастия, не принявшие формы клинических заболеваний – алкоголизма, наркомании, нимфомании, пр.);

• стеснительность, нерешительность, робость;

• плаксивость, чрезмерная эмоциональная восприимчивость (все принимается «близко к сердцу»);

• внушаемость, подверженность чужому влиянию;

• неумеренность или, напротив, чрезмерное ограничение в пище;

• чрезмерное (доводящее до истощения, сужающее круг общения и сферу интересов) погружение в работу (или какую-то деятельность);

• стереотипность, шаблонность поведения, неумеренный конформизм;

• склонность к экзальтированным проявлениям, демонстративность.

Этот список может быть продолжен множеством проявлений нашего поведения. К сожалению, даже сравнительно безобидные поведенческие акты, как указывают психотерапевты и психоаналитики, могут оказываться способом выражения серьезных душевных конфликтов (в т.ч неврозов, депрессий). Однако испытывая тревоги или сомнения в связи с собственным поведением, не пугайтесь – современное развитие практики психологической, психотерапевтической помощи позволяет успешно прорабатывать эти и другие затруднения.

Когда одиночество — величина постоянная

Одиночество — одна из наиболее частых причин обращения к психологу. Оно становится гнетущей проблемой, когда человек обнаруживает свою жизнь неполной, недостаточной, неполноценной без другого, значимого лица. Иногда это приобретает черты навязчивой потребности в отношениях.

Невроз. О лечении неврозов.

Психоаналитическая практика сосредоточена на глубинной динамике невроза. Симптом для психолога-психоаналитика — не цель, а средство лечения, ключ к пониманию происходящих в психике процессов.

Психологическая консультация

Обращение к психологу может быть мотивировано как ситуативным затруднением, так и затяжным жизненным кризисом. Консультация психолога ни к чему не обязывает, но может сыграть в вашей жизни огромную роль. Что происходит в кабинете психолога и чего следует ждать от психологической консультации?

Психотерапия

Когда необходима психотерапия и на что она нацелена? Подлинный психотерапевтический процесс предполагает своим результатом освобождение не просто от симптомов, а от самой болезни.

Источники:
Навязчивость психология
Реферат на тему Навязчивости по предмету психология, педагогика
http://www.litsoch.ru/referats/read/286184/
Навязчивость психология
1) (обсессия) – мысль, часто приходящая в голову индивиду, постоянно вторгающаяся в его сознание, подчас неуместная и неполезная. См. Навязчивые мысли. 2) приставание, излишняя склонность к
http://psychology_pedagogy.academic.ru/10482/%D0%9D%D0%B0%D0%B2%D1%8F%D0%B7%D1%87%D0%B8%D0%B2%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%8C
Навязчивость психология
Навязчивости – это, согласно классическому определению германского психиатра Карла Вестфаля (1877), разнообразные душевные трудности (тягостные мысли, переживания, желания, действия, страхи),
http://afield.org.ua/force/b2_3.html
Нарушения поведения — помощь психолога
Психология нарушений поведения. Помощь психолога при нарушениях поведения.
http://go-psy.ru/behav.htm

COMMENTS